6+
 
Герб города Автономное общеобразовательное учреждение гимназия № 9 г. Королёва Герб школы
 
Главная страница | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск с Яндексом
например:
Расписание звонков
Категории каталога
Начальная школа [58]
Работы учителей начальной школы
Иностранный язык [25]
Работы учителей иностранного языка
Общешкольные мероприятия [7]
Общешкольные мероприятия
Математика [10]
Химия [3]
История [0]
Обществознание [2]
Физика [3]
Русский язык и литература [20]
Биология [0]
География [6]
Изобразительное искусство [8]
Черчение [1]
Физкультура [5]
Экономика [1]
Технология [4]
Наш опрос
Ваше мнение: готов ли ребенок к школе? Умеет ли ребенок пользоваться ножницами и клеем?
Всего ответов: 325
Начало » Статьи » Методическая копилка » Русский язык и литература

А.А.Ахматова - анализ стихотворений для подготовки к экзамену (из опыта работы) (продолжение)
Начало

Ей выпал жребий быть достоверной свидетельницы перевернувших мир, беспримерных по своей жестокости событий 20 века: две мировые войны, революция, террор, ленинградская блокада. На глазах Ахматовой канула в небытие целая эпоха, прекратилось мирное, довоенное, дореволюционное существование России. «В сущности никто не знает, в какую эпоху живет. Так и мы не знали в начале 1910-х годов, что живем накануне Первой европейской войны и октябрьской революции», – писала она в автобиографических заметках.
От той России, которую знала юная Ахматова, безжалостная история не оставила и следа. «Нам возвращаться некуда», – говорила она о людях 1910-х годов. Разведенный среди бела дня Литейный мост, у которого, по словам Ахматовой, кончилась ее юность, развел две эпохи.
Вопреки этому трагическому разрыву Ахматова являла живой символ связи времен, выступала хранительницей погибшей культуры, соединяла 19 и 20 столетия в русской поэзии.
Чувство связи с русской землей, ответственности перед Россией и ее языком побудило ее вступить в диалог с теми, кто бросил землю . К эмигрантам Ахматова обратила гневное: Не с теми я, кто бросил землю / На растерзание врагам. Самооправдание эмиграции перед Ахматовой продолжалось долгие годы. Восприятие Ахматовой в среде эмиграции было сложным и противоречивым. В глазах многих она была и оставалась представительницей утонченного дворянского искусства, акмеисткой, звездой изысканных литературных салонов.
Среди оставшихся в России близких Ахматовой людей практически все пополнили список жертв красного террора. Николай Гумилев был расстрелял в 1921 по сфабрикованному обвинению в причастности к контрреволюционному заговору. Место его захоронения было неизвестно, и Ахматова, глядя на многочисленные островки на взморье, мысленно искала его могилу. Единственный сын Ахматовой Лев Гумилев трижды арестовывался. Были безвинно осуждены и погибли в лагерях О.Мандельштам, Б.Пильняк, ученый-филолог Г.Гуковский, В.Нарбут, Н.Пунин (третий муж Ахматовой). «Такой судьбы не было ни у одного поколения, – писала Ахматова в январе 1962. – Блок, Гумилев, Хлебников умерли почти одновременно. Ремизов, Цветаева, Ходасевич уехали за границу, там же были Шаляпин, М.Чехов, Стравинский, Прокофьев и половина балета».
Для Ахматовой Россия была не просто географическим местом жительства... В системе ее мироощущения Россия занимала особое, приподнятое и трагическое место.
Интересным представляется определение врага: «Не с теми я, кто бросил землю //На растерзание врагам...»
Враги , конечно, - "те ж", что у Анрепа, то есть немцы. Следовательно, другие, кто бросил им землю, - это новые властители, заключившие с Германией позорный Брестский мир, отдав значительные территории бывшей Российской империи.
Итак, в результате всего Ахматова сама стала "внутренним эмигрантом»
Участь изгнанника представляется ей не только недостойной, но и жалкой. Она предпочитает, оставаясь на Родине, принять вместе с ней удары судьбы и отказывается от сомнительной чести петь отступникам: «Им песен я своих не дам»
Она глубоко сострадала изгнаннику, т.е. человеку, которого вынудили покинуть родную землю:
Но вечно жалок мне изгнанник,
Как заключенный, как больной.
Темна твоя дорога странник.
Полынью пахнет хлеб чужой.

Лексический анализ стихотворения

Интересно наблюдать за изменением личных местоимений в стихотворении. В первом четверостишии три раза повторяется местоимение «Я» , во втором употреблена его падежная форма мне.
А в третьем и четвертом это местоимение меняется на МЫ . Другими словами, лирическая героиня перестает ощущать себя одинокой и обращается к читателю уже от лица всех тех, кто не покинул свою страну.

Восприятие текста, его понимание будет зависеть от того, как мы поймем, в каком из своих значений употреблены многозначные слова : темный ( «неясный, смутный, непонятный», и «печальный, мрачный, безрадостный»); глухой ( «сплошной, без просвета») ; земля ( «страна, государство»); грубая лесть ( «простая, без изящества, тонкости»). Несколько значений имеют и слова хлеб, странник, единый, оправдать, чад.
Анализируя лексику этого стихотворения, можно убедиться в том, как контекст может преобразить значение слова.
Так, слово надменный имеет значение «высокомерный, кичливый».
Но разве в строчке «Но в мире нет людей бесслезней, надменнее и проще нас» оно употреблено в этом значении? . Скорее это слово означает «исполненный собственного достоинства, гордый».
Также слово «проще», наверное, значит не столько «самый обыкновенный, не выделяющийся из других», сколько «понятный для окружающих».
Третье слово из этой строчки «бесслезней» не зафиксировано словарями, следовательно, является авторским неологизмом, вместе с тем оно органично входит в данный контекст.
Торжественность стихотворению придают стилистически окрашенные слова внимать (высок.), изгнанник (книжн.), растерзание (книжн.), странник (устар.). Слова изгнанник и странник создают образную связь со стихотворением М.Ю. Лермонтова «Тучки небесные, вечные странники…», обогащая наше понимание стихотворения А.Ахматовой.

В стихах «Не с теми я, кто бросил землю...» поэтесса говорит о своем нравственном выборе. Покидать родную страну в тяжелый час - недостойно высокого звания поэта и гражданина.
А. Ахматова «Мужество»
Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.
Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова.
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.
Свободным и чистым тебя пронесем,
И внукам дадим, и от плена спасем -
Навеки!
23 февраля 1942
Ташкент
Это произведение было написано 23 февраля 1942 года в Ташкенте. В те дни она, как и все ленинградцы, вносила посильный вклад в укрепление обороны: шила мешки для песка, которыми обкладывались баррикады и памятники на площадях. Об этой работе Ахматовой знали немногие. Зато с быстротой молнии по бескрайнему фронту Великой Отечественной войны разнеслось её стихотворение «Мужество». Эти гордые и уверенные слова неоднократно звучали в военные годы в концертных залах, с эстрады, на фронтовых выступлениях профессиональных чтецов и армейской самодеятельности.
Ахматова долго отказывалась от эвакуации. Даже больная, истощённая дистрофией, она не хотела покидать «гранитный город славы и беды». Только повинуясь настойчивой заботе о ней, Ахматова, наконец, эвакуируется самолётом в Ташкент. Но и там под небом Средней Азии, мысленно возвращалась она к терпящему беды вражеского окружения героическому народу. Чувство Родины, впервые увиденной ею с самолёта на долгом воздушном пути, явилось для неё как бы новым этапом творческого постижения жизни. Тон её стихов обретает особую торжественность и убедительность. Безмерно расширяется круг наблюдений и размышлений. Это была уже полная зрелость духа и то, что можно назвать мудростью жизненного опыта.
Ахматовой этого времени в высокой степени присуще чувство патриотизма. Действия в её стихах происходит как бы на фоне больших исторических событий современности, хотя, как и прежде, стихи остаются искренней исповедью души.
Ее стихотворение "Мужество" - это призыв защитить свою Родину. Название стихотворения отражает призыв Автора к гражданам. Они должны быть мужественными в защите своего государства. Анна Ахматова пишет: "Мы знаем, что ныне лежит на весах". На кону судьба не только России, но и всего мира, ведь это Мировая война. На часах пробил час мужества - люди СССР бросили орудия труда и взяли оружие.
Далее автор пишет об идеологии, которая действительно существовала: люди не боялись бросаться под пули, а уж без крова оставались почти все. Ведь нужно сохранить Россию - русскую речь, Великое русское слово . Анна Ахматова дает завет, что русское слово донесется чистым до внуков, что люди выйдут из плена, не забыв его. Все стихотворение звучит, как клятва. В этом помогает торжественный ритм стиха - амфибрахий, четырехстопный . Знаки препинания очень скромны : используются лишь запятые и точки. Только в конце появляется восклицательный знак. Тропы используются также редко. Ключевыми являются лишь точные Ахматовские эпитеты : "свободное и чистое русское слово". Это значит, что России должна остаться свободной. Ведь что за радость сохранить русский язык, но попасть в зависимость от Германии. Но он нужен и чистый - без иноязычных слов. Войну можно выиграть, но потерять свою речь. К сожалению, сейчас мы теряем русский язык - он превращается в язык информативный, куда вливаются иностранные слова, где появляется целый стиль, пропагандирующий неправильное написание. И что в результате? Война выиграна, но русский язык утрачивается.


Анна Ахматова «Мне голос был. Он звал утешно…»
Когда в тоске самоубийства
Народ гостей немецких ждал,
И дух суровый византийства
От русской церкви отлетал,

Когда приневская столица,
Забыв величие своё,
Как опьяневшая блудница,
Не знала, кто берёт ее,—

Мне голос был. Он звал утешно, 
Он говорил: «Иди сюда, 
Оставь свой край, глухой и грешный, 
Оставь Россию навсегда. 

Я кровь от рук твоих отмою, 
Из сердца выну черный стыд, 
Я новым именем покрою 
Боль поражений и обид». 

Но равнодушно и спокойно 
Руками я замкнула слух, 
Чтоб этой речью недостойной 
Не осквернился скорбный дух. 
Осень 1917, Петербург

В 1917 году, когда произошла ломка привычных для круга Ахматовой представлений о жизни и предназначении поэта, она осталась со своей Россией, разорённой и окровавленной, голодной и выстуженной, но по-прежнему родной. Именно об этом Ахматова говорит в стихотворении – ответе , скорее даже – отповеди , тем, кто пытался переманить её, соблазнить обещанием покоя и безопасности.
Тема Родины, появившаяся в лирике этих лет, приобретает особую трактовку, сочетающую публицистичность и автобиографичность . Для поэтессы характерно контрастное видение Родины , созданию именно такого образа способствует введение библейских мотивов и новаторская интерпретация традиционных мотивов русской поэзии девятнадцатого века.
Не сразу Анна Ахматова могла разобраться в величии и социальных перемен, принесённых Октябрьской революцией. Но она твёрдо знала, что в эти исторические дни надо быть на родной земле, рядом со своим народом, а не искать спасения за рубежом, как это сделали многие из её прежнего круга. Ахматова не осуждает тех, кто уехал, но чётко определяет свой выбор: для неё эмиграция невозможна . Любовь её к Родине не предмет анализа, размышлений Она считала, что если будет Родина, то будет и цель в жизни, и творчество, и дети.
Автор была честным и искренним выразителем бед, несчастий своего века. Основная тема произведения: патриотизм, неприятие революции и духовный стоицизм , т.е. твердость и мужество героини. Идея произведения в том, чтобы всегда быть со своей страной, не бросать её при первой же опасности, а защищать и оставаться верной до конца.
Автор использует такие эпитеты , как ''глухой и грешный'', ''черный стыд'', ''утешно, равнодушно и спокойно''. Благодаря этим средствам выразительности А. Ахматова показывает глубокий психологизм, искренние чувства горечи, печали, неприятия войны, насилия и противопоставления частной жизни.

Анне Ахматовой был свойственен трагический дар. Он позволил ей с большой поэтической силой передать события революции, террора, войны, вынужденного молчания, как личную трагедию, и , одновременно , как трагедию народа, страны.
Огромная боль за страдания России очень точно выразилась в этом её шедевре.
В стихотворении «Мне голос бал. Он звал утешно…» Ахматова впервые выступила как яркий поэт-гражданин, поэт-патриот . Строгая форма, приподнятая, библейская интонация стихотворения, заставляющая вспомнить пророков-проповедников, и самый жест изгоняющего из храма — все в данном случае удивительно соразмерно величественной и суровой эпохе, начинавшей новое летоисчисление . Рождался новый мир, шел новый Век, означенный переоценкой ценностей и созиданием новых отношений, и эти события в сложившихся в то время обстоятельствах неизбежно сопровождались страданием и кровью. Но именно этого Ахматова полностью принять не могла. Она отказывалась делить людей на «красных» и «белых» — поэтесса предпочитала плакать и скорбеть о тех и других. А. Блок очень любил стихотворение «Мне голос был. Он звал утешно…», знал его наизусть и, по свидетельству К. Чуковского, так выразил свое отношение к заложенной в нем позиции: «Ахматова права. Это недостойная речь. Убежать от русской революции — позор».
Это стихотворение — одно из ярчайших произведений периода революции . В нем нет ее понимания, нет ее принятия, но в нем страстно и достойно прозвучал голос той части интеллигенции, которая ходила по мукам, ошибалась, сомневалась, отвергала, находила, но посреди всего этого круговорота уже сделала свой главный выбор: осталась вместе со своей страной, со своим народом. Тут сыграли роль и национальная привязанность к родной земле, убежать от которой — позор, и внутренняя культурно-демократическая основа, присущая широкому крылу русской интеллигенции .

А. Ахматова « Стихи о Петербурге» 1913г I
Вновь Исакий в облаченьи
Из литого серебра...
Стынет в грозном нетерпеньи.
Конь Великого Петра.

Ветер душный и суровый
С черных труб сметает гарь...
Ах! своей столицей новой
Недоволен государь.

II
Сердце бьется ровно, мерно.
Что мне долгие года!
Ведь под аркой на Галерной
Наши тени навсегда.

Сквозь опущенные веки
Вижу, вижу, ты со мной -
И в руке твоей навеки
Неоткрытый веер мой.

Оттого, что стали рядом
Мы в блаженный миг чудес.
В миг, когда над Летним Садом
Месяц розовый воскрес -

Мне не надо ожиданий
У постылого окна
И томительных свиданий.
Ах! любовь утолена.

Ты свободен, я свободна,
Завтра лучше, чем вчера, -
Над Невою темноводной,
Под улыбкою холодной
Императора Петра.
В ХХ веке русская поэзия отчётливо делится на два направления, две школы – петербургскую и московскую . С именами Москвы и Петербурга связаны определённые черты мышления, поведения и стиля. Петербург – «окно в Европу», он построен по замыслу Петра русскими, немецкими, итальянскими архитекторами. Отличительными чертами Петербурга являются замкнутость, гармония, упорядоченность, педантизм. В Петербурге, под его «строгим, стройным» влиянием, формировались Блок, Анненский, Мандельштам, Ахматова ; именно на петербургской почве возник акмеизм с его требованием смысловой точности.

Начиная с 19 века, особенно в 20 веке, всё сильнее в литературе, в поэзии звучат урбанистические (т.е. городские) мотивы . Поэт, писатель – это чаще всего житель города, горожанин.
Но город – явление неоднородное и неоднозначное . В нём есть парадные улицы, площади и фасады дворцов – и тихие старинные закоулки; казённая, официальная часть – и затрапезная, повседневная. Есть архитектура – и есть жильё (пользуясь выражением Достоевского, «дома без архитектуры»).

И увидеть город можно по-разному: глазами приезжего, экскурсанта – и глазами человека, живущего (или бедствующего) в нём; глазами ребёнка или взрослого, влюблённого или одинокого . Можно увидеть его из окна роскошного особняка , из окна больницы или из окна бедной наёмной квартиры. И все эти картины будут различными. С городом могут связать счастливые воспоминания юности или тяжкие воспоминания истории: войны, революции, или же он навсегда останется чуждым тебе.
Поэты более других людей способны чуткой душой воспринимать город не просто как внешнюю среду обитания, а как одушевлённое, живое существо .
Поэтому образ одного и того же города оказывается совсем не одинаковым у разных поэтов : Ахматова и Мандельштам живут в одно и то же время, бродят по одним и тем же улицам, принадлежат к одному и тому же литературному течению – акмеизму (хотя как большие поэты выходят за его рамки), и всё же Петербург в их творчестве – разный.
Но при всём различии есть в отношении двух поэтов к городу и нечто общее . Петербург воспринимается ими как сердце российской культуры и как символ близкого обоим уходящего века, как нечто облагораживающее стихийное существование человека.

Одним из культурных слоёв петербургского текста выступает поэтическое творчество А.А.Ахматовой, представителя акмеизма (древнегр. акме – высшая степень рассвета, зрелости) – направления русского модернизма, сформировавшегося в 1910-е. Поэзия Ахматовой использует не только акмеистические методы и приёмы художественного отображения действительности, но и принципы авангардного, неклассического текста . Петербург является составной частью его художественной системы, и мы можем говорить об определённом петербургском тексте А.А.Ахматовой.
По свидетельствам современников, Петербург-Ленинград Ахматова знала изумительно , "в архитектуре была как дома". Ахматова говорила: "Люблю архитектуру больше всех искусств". "Знала автора каждого здания, знала историю его перестроек – с той культурой знания и той дотошностью, которую она, при кажущемся отсутствии педантства, вносила во всё, чем увлекалась"

Ахматова любила прогулки по Ленинграду со своими друзьями , которым рассказывала всё, что знала о городе, обращала внимание на отдельные здания, элементы архитектуры. Сама поэтесса замечала, что могла бы быть гидом.
Рассматривая цикл «Стихи о Петербурге», хотелось бы отдельно остановиться на таких циклообразующих, как пространство и время , так как именно они проявляют себя в данном цикле особенно ярко.
Временной уровень нашел свое выражение в использовании наречий «навсегда», «навеки», «вновь», которые позволяют расширить границы времени:
Вновь Исакий в облаченье
Из литого серебра
Ведь под аркой на Галерной
Наши тени навсегда
И в руке твоей навеки
Нераскрытый веер мой

Сердечной близостью с городом, чувством вечной связи с ним проникнуты “Стихи о Петербурге” Глаголы настоящего времени указывают не только на то, что происходит здесь и сейчас, но и на то, что существует всегда:
Стынет в грозном нетерпенье
Конь Великого Петра
Сердце бьется ровно, мерно,
Что мне долгие года!

Из века в век стоит город Петербург и его памятники, вечны взаимоотношения между людьми во все времена. От выражения индивидуальных, интимных чувств и переживаний Ахматова переходит к философским обобщениям .

Пространство в цикле «Стихи о Петербурге» обозначено именами существительными собственными. Еще в заглавии указывается на место действия – Петербург. В последующих строках появляются конкретные приметы города: Исакий, «Конь Великого Петра», Галерная, Летний сад, Нева.
Стихи лаконичны и строги, они напоминают петербургскую графику художников из объединения “Мир искусства”- А. Н. Бенуа, М. В. Добужинского, А. П. Остроумовой-Лебедевой
Темы Петербурга, любви и творчества тесно переплетаются в поэзии Анны Ахматовой. Порой трудно отделить одну от другой, они скорее гармонично дополняют друг друга, выливаясь в прекрасные стихи. Великолепные здания Петербурга — не просто декорации, в которых живет, борется и страдает лирическая героиня Анны Андреевны, они живые существа, помогающие действовать или равнодушно взирающие на чужие страдания.

Оттого, что стали рядом
Мы в блаженный миг чудес,
В миг, когда над Летним садом
Месяц розовый воскрес.

.Согласно основному принципу акмеизма в каждом стихотворении должна быть ТЕМА, и она должна быть ВЫДЕРЖАНА на протяжении всего произведения. В данном случае разбиение стихотворения на две части вызвано показом одного и того же феномена с двух сторон, точнее, показаны два его аспекта.
Во второй части меньше символов, слов-обозначений, поэтому сосредоточим внимание сначала на ней. При всём желании не удаётся увидеть здесь что-либо о Петербурге, здесь Ахматова прощается с Гумилёвым и признаётся: да, любила, да, ты оставил глубокий след (детализация перечисленных Ахматовой обстоятельств наталкивается на противоречивые мнения биографов). И они предоставляют друг другу свободу «под улыбкою холодной императора Петра». Известно, что Гумилёв принял отчуждение Ахматовой без возражений (с улыбкой холодной). Ахматову с детства невозможно было заставить, принудить к чему-либо. Таким образом, можно предположить, что императором Петром здесь обозначен муж, Гумилёв.
В отличие от второй, в первой части нет НИ ОДНОГО СЛОВА, предлагаемого нам в первом смысле. Каждое слово является словом-обозначением, каждое слово обозначает нечто, о чём можно догадаться, но трудно догадаться тому, кто не знаком с языком Ахматовой-Гумилёва-Анненского.
Начнём с названия. Представьте себе, что Ахматова написала стихотворение о Петербурге и выбирает, как бы его назвать. В творческом арсенале Ахматовой было неисчислимое множество вариантов: «Любимый город», «Моя столица», «Под сенью Петра», «Всё к лучшему», да что угодно, но только не «Стихи о Петербурге». А она назвала. С другой стороны, принципу Точности Ахматова следовала неукоснительно. Противоречие снимается, если вспомнить, что словом город обозначается сообщество близких друг другу людей, семья.
У поэтов конь (или верблюд) с древнейших времён символизирует тело человека. Итак, в двух строчках
Стынет в грозном нетерпеньи // Конь Великого Петра.
содержится перефразировка ВСЕЙ второй части.
Ах! своей столицей новой
Недоволен государь. - ТАКАЯ семейная жизнь не устраивает Гумилёва.
Ветер душный и суровый
С черных труб сметает гарь... - такую характеристику Ахматова даёт стихам Гумилёва, написанным с такой страстью, что кажется, должна загореться даже бумага, на которой они написаны, а не то, что женское сердце. Более полно слово-обозначение «ветер» рассматривается в стихотворении «Естество». Трубы – это, скорее всего, не части отопительной системы, а приспособление, служащее для того, чтоб мы могли «трубить».
Осталось разобраться с первыми двумя строчками, с которыми многие и многие любители поэзии носились, как с образцово-поэтическим описанием Собора (Лукницкий, Виленкин,.. ..). ПУШИСТЫЙ иней, покрывающий предметы во влажном воздухе в сильные морозы – никоим образом не похож на ЛИТОЕ серебро. Однако, учитывая, что Ахматова следовала принципу точности НЕУКОСНИТЕЛЬНО, мы должны найти вариант прочтения, в котором за этими словами мы увидим историческую правду. Исакий - это «Твердыня православья», как сказал Гумилёв в «Заблудившемся Трамвае». А Бог – это любовь. Итак, Исакий – это твердыня любви, утверждение любви, поддержание любви, сохранение любви (см. вторую часть: любовь (у Ахматовой) прошла). И это утверждение любви Гумилёв вновь и вновь выражает в форме (в облаченье) своих безукоризненно отточенных стихов (литое серебро).
Об Анне Андреевне Ахматовой (Горенко) 23.06.1889 - 05.03.1966
На стыке веков рождаются и творят гении. Одним из них является Анна Андреевна Ахматова.
Анна Ахматова родилась в один год с Чарли Чаплиным, «Крейцеровой сонатой» Толстого, Эйфелевой башней. В это лето Париж праздновал столетие падения Бастилии –1889 год. В ночь её рождения справлялась и справляется древняя Иванова ночь – 23 июня.
Из автобиографии: « Родилась я на даче Саракины (ст. Большой Фонтан) под Одессой. Моя мать была чингизидкой, татарской княжной Ахматовой, чью фамилию я «не сообразив», что собираюсь быть русским поэтом, сделала своим литературным псевдонимом.
Моего предка хана Ахмата убил ночью в его шатре подкупленный русский убийца, и этим, как повествует Карамзин, кончилось на Руси монгольское иго. В этот день, как в память о счастливом событии, из сретенского монастыря в Москве шёл крестный ход. Этот Ахмат, как известно, был чингизидом (потомок Чингисхана)
Одна из княжен Ахматовых – Прасковья Егоровна – в ХVIII веке вышла замуж за богатого и знатного симбирского помещика Мотовилова. Егор Мотовилов был моим прадедом. Его дочь Анна Егоровна – моя бабушка. Она умерла, когда моей маме было 9 лет, и в честь неё меня назвали Анной…
Анна Ахматова была великим поэтом. Она прожила тяжелую жизнь. Счастливым у неё было только детство. Вот что она писала в автобиографии:
Из автобиографии: «Я родилась 11 (23) июня 1889 года под Одессой. Мой отец был в то время отставной инженер-механик флота. Годовалым ребенком я была перевезена на север – в Царское Село. Там прожила до шестнадцати лет. Мои первые воспоминания – царскосельские: зеленое, сырое великолепие парков, выгон, куда меня водила няня, ипподром, где скакали маленькие пестрые лошадки; старый вокзал и нечто другое, что вошло впоследствии в «Царскосельскую оду». Каждое лето я проводила под Севастополем, на берегу Стрелецкой бухты, и там подружилась с морем…
Читать я училась по азбуке Льва Толстого. В пять лет, слушая, как учительница занималась со старшими детьми, я тоже начала говорить по-французски.
Первое стихотворение я написала, когда мне было одиннадцать лет. Стихи начались для меня не с Пушкина и Лермонтова, а с Державина и Некрасова («Мороз, Красный нос»). Эти вещи знала наизусть моя мама».
Её отец занимал различные административные и преподавательские должности в петербургском Морском ведомстве и учебных заведениях. Он не вникал в жизнь дома, почти не видел шестерых своих детей: Андрея, Анну, Инну, Ию, Виктора. Жил в свое удовольствие и вскоре совсем ушёл из семьи. Андрей Антонович запретил дочери «позорить» его фамилию подписями под стихами. Поэтому она решила взять себе такой псевдоним.
Из автобиографии: «Только семнадцатилетняя шальная девчонка могла выбрать татарскую фамилию для русской поэтессы… Мне потому пришло на ум взять себе псевдоним, что папа, узнав о моих стихах, сказал: «Не срами мое имя» – «И не надо мне твоего имени!» – сказала я …»
25 апреля 1910 г. "за Днепром в деревенской церкви" она обвенчалась с Н. С. Гумилевым , с которым познакомилась в 1903 г. Свой медовый месяц Ахматова провела в Париже где произошло ее знакомство с А. Модильяни, запечатлевшим облик двадцатилетней Ахматовой в карандашном портрете.
Но « люди, созданные друг для друга соединяются, увы, так редко». Женитьба на Анне Горенко так и не стала победой для Николая Гумилева. Как выразилась одна из подруг Ахматовой того периода, у нее была своя собственная сложная «жизнь сердца», в которой мужу отводилось более чем скромное место. Да и для Гумилева оказалось совсем не просто совместить в сознании образ Прекрасной Дамы — объекта для поклонения — с образом жены и матери.Они не смогли жить вместе и вскоре расстались. Но всю жизнь они переживали друг за друга.
Впоследствии Ахматова выходила замуж еще трижды, но все ее браки заканчивались разводами. Наверное, великая поэтесса не была приспособлена к роли жены. Впрочем, для всех своих мужей, и в первую очередь для Гумилева, Ахматова стала идеальной вдовой. Она отреклась от него живого, всеми почитаемого, но мертвому, расстрелянному большевиками, она осталась верна до конца. Хранила его стихи, хлопотала об их издании, помогала энтузиастам собирать сведения для его биографии, посвящала ему свои произведения.
 
Застонал я от сна дурного
И проснулся, тяжко скорбя:
Снилось мне – ты любишь другого
И что он обидел тебя.

Я бежал от моей постели,
Как убийца от плахи своей,
И смотрел, как тускло блестели
Фонари глазами зверей.

Ах, наверно, таким бездомным
Не блуждал ни один человек
В эту ночь по улицам темным,
Как по руслам высохших рек.

Вот стою перед дверью твоею,
Не дано мне иного пути,
Хоть и знаю, что не посмею
Никогда в эту дверь войти.

Он обидел тебя, я знаю,
Хоть и было это лишь сном,
Но я всё-таки умираю
Пред твоим закрытым окном.
Н.Гумилев
 
Ахматова с 1910 по 1916 г. жила в основном в Царском Селе. Училась на Высших историко- литературных курсах Н. П. Раева. 14 июня 1910 г. состоялся дебют Ахматовой на "башне" Вяч. Иванова.
В 1911 г под псевдонимом она начала печататься в петербургских журналах, в том числе и в "Аполлоне". С момента основания "Цеха поэтов" стала его секретарем и деятельным участником. В 1912 г. вышел первый сборник Ахматовой "Вечер" с предисловием М. А. Кузмина.
В ее стихах увидели не только отвечающее духу времени преломление идеи Вечной женственности , уже не связанной с символическими контекстами, но и ту предельную "истонченность" психологического рисунка , которая стала возможна на излете символизма. Сквозь "милые мелочи", сквозь эстетическое любование радостями и печалями пробивалась творческая тоска по несовершенному — черта, которую С. М. Городецкий определил как "акмеистический пессимизм", тем самым еще раз подчеркнув принадлежность Ахматовой к определенной школе.
Печаль, которой дышали стихи "Вечера", казалась печалью "мудрого и уже утомленного сердца". Впоследствии Ахматова рассказывала, каким откровением было для нее знакомство со стихами Анненского , открывшего ей "новую гармонию". Линию своей поэтической преемственности Ахматова подтвердит стихотворением "Учитель" (1945) и собственным признанием: "Я веду свое начало от стихов Анненского . Его творчество, на мой взгляд, отмечено трагизмом, искренностью и художественной целостностью".
В 1912—1913 гг. она выступала с чтением стихов в кабаре "Бродячая собака" , во Всероссийском литературном обществе, на Высших женских (Бестужевских) курсах, в Тенишевском училище, в здании Городской думы и имела исключительно большой успех.
18 сентября 1912 г. у Ахматовой и Н. Гумилева родился сын Лев (будущий историк и географ, автор одного из крупнейших достижений XX в.— этнологической теории).
"Четки" (1914), следующая книга Ахматовой, продолжала лирический "сюжет" "Вечера". Новый сборник показывал, что сила Ахматовой как поэта — в глубинном психологизме, в чуткости к движениям души. Это качество ее поэзии с годами усиливалось.
После "Четок" к Ахматовой приходит слава. Среди ее восторженных поклонников были поэты, только входившие в литературу, — М. И. Цветаева, Б. Л. Пастернак. Более сдержано, но все же одобрительно отнеслись к Ахматовой А. А. Блок и В. Я. Брюсов. В эти годы Ахматова становится излюбленной моделью для многих художников и адресатом многочисленных стихотворных посвящений . Ее образ постепенно превращается в неотъемлемый символ петербургской поэзии эпохи акмеизма.
И критика, и поэты, и читатели отмечали "загадочность" ее лирики; при всем том, что стихи казались страничками писем или оборванными дневниковыми записями, крайнее немногословие, скупость речи оставляли впечатление немоты или перехвата голоса. Перед читателями 1910-х гг. возник художник большой и своеобразной силы. Ахматова в своих стихах, как и в жизни, была очень женственна , но в нежности ее поэтического слова выявлялась властность и энергия. Ее лирика, внешне непохожая ни на чью из современников и ни на чью из предшественников, была тем не менее достаточно глубоко укоренена в русской классике. На протяжении последних четырех десятилетий она стала много заниматься пушкинской эпохой, в том числе и архитектурой Петербурга; зарождается ее исследовательский интерес к Пушкину и работы Ахматовой в этой области: "Последняя сказка Пушкина", "Сказка о золотом петушке", „Каменный гость" Пушкина", "Гибель Пушкина", "Александрина", "Пушкин и Невское взморье" и другие были высоко оценены авторитетными учеными-пушкинистами.
В стихи Ахматовой входила эпоха. После революции Ахматова издала сборник "Подорожник" (1921), "Anno Domini MCMXXI" (1921). В отличие от многих своих друзей и знакомых она не эмигрировала. Но и в своей стране Ахматова после революции не находила должного понимания — в глазах многих она оставалась поэтом старой России, "обломком империи". Эта версия преследовала Ахматову всю жизнь — вплоть до печально известного Постановления ЦК ВКП(б) "О журналах "Звезда" и "Ленинград"" (1946)
Из автобиографии: Годы революций были приняты мною неоднозначно. Стихи предреволюционных и революционных лет объективно содержали в себе возможность прямо противоположных толкований. Отношение к эмиграции было сложным и противоречивым. В глазах многих я оставалась представительницей утонченного дворянского искусства. Была ли такой на самом деле – мне трудно сказать.
Весной 1925 года вышло постановление « О прекращении литературной деятельности Ахматовой». Её перестали печатать в журналах и альманахах, принимать на литературных вечерах. Она пережила 14 лет забвения.
 
Обрезали крылья – и я не летаю.
Обрезали крылья мне вдруг, на лету.
Обрезали крылья – за что? – я не знаю.
Обрезали крылья – за что? не пойму.
И падая вниз, обессилев от боли,

И падая вниз, с олимпийских высот,
Я знала:
На жизнь нет ни силы, ни воли,
Но верила в то,
что талант не умрет.
И лежа в грязи у подножия века,
И лежа в грязи у закрытых ворот,
Шептала:
«Убили во мне человека»,
Кричала:
«Но только талант не умрет!»
Вы тело моё обезглавить сумели,
Но душу мою окрылить не смогли!
Меня раздавить у земли вы хотели,
Но подняли в небо от самой земли!
Август 1946 года. Знаменитый доклад Жданова и постановление в журналах «Звезда» и «Ленинград» – «не арестовывать, но не печатать» Это была беспримерная по жестокости и цинизму гражданская казнь, постигшая почему-то именно Ахматову и Зощенко – назидание и устрашение всей «художественной интеллигенции». Чем не костёр инквизиции?
И знаю я, как распинают на кресте,
И как вонзают гвозди в тело,
И как в лицо смеются смело,
И как плюют с задором все.

И знаю я торжественность венка
С терновым основанием под лавром,
И взгляд, что родственен был с тавром,
Что хуже острого клинка;

И знаю я невинности позор,
И невозможность оправдаться –
Лишь честь с достоинством болтаться
Людской молве наперекор;

И знаю я всю боль глубоких ран,
И вкус кровавых слез текущих,
И варварство живое тело рвущих,
Предательство собратьев и обман;

Всё знаю я… Но чаша не испита –
Ещё не раз мне гибнуть на кресте
И рисовать на жизненном листе
Святую проклятость пророка и пиита.

Сегодня стихи Ахматовой выходят миллионными тиражами. Сегодня об Ахматовой много пишут и говорят. Вчера о ней молчали. Вчера она была изгоем, и её можно было оскорблять. Она бы сказала о себе такими словами:
 
Я изгой в этом мире, изгой.
На меня наступили ногой,
У меня оторвали крыло,
Но живу я всем бедам назло.

У Ахматовой не было чинов и орденов. Правда, на закате жизни итальянцы удостоили её литературной премии «Этна Таормина», Англичане – звания почетного доктора Оксфордского университета. Россия подарила ей только свою любовь.
 
Ах, нищая бродяжка, –
Без дома, без семьи.
И кружка мутной бражки
Испита без вины.

Без подаяний славы
Да славная в чести-
Ты собственной державы
Могла венец нести.

Да бог с ним, с этим чудом,
Которого так ждешь,
Оно б давило пудом, –
А ты легка идёшь,

Пряма, упруга, статна –
Царица на Руси.
Была б знатна, да знатна
Ты стала. Бог прости.

Бродягой-королевой
Тебя народ прозвал,
Такой царице верил,
Такую признавал,

Такую в сердце славил,
В душе своей хранил, –
А в мире нет для славы
Достойнее мерил.


 
Категория: Русский язык и литература | Добавил: МиненкоОА (12.09.2015)
Просмотров: 14217 | Рейтинг: 0.0

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Логин:
Пароль:
Календарь новостей
Поиск по новостям
Здравоохранение
Премия Губернатора
Вход в Школьный портал с помощью ЕСИА
Анкетирование
Независимая оценка качества оказания услуг организациями в сфере образования (НОКОД)

Друзья сайта
Гимназия № 9 © 2007-2022
141075, г. Королёв, "Костино", Кооперативный пр-д, дом 1
+7 (495) 519-58-57
+7 (495) 519-46-24
gym9korolev@yandex.ru